17:15 

ШАГИ ПО СТЕНЕ, 3 часть

ШАГИ ПО СТЕНЕ 3


Продолжение в комментариях



URL
Комментарии
2016-01-19 в 17:17 

* * *
Халед был уверен, что достаточно сбежать от Ганима и добраться до ближайшего Бессмертного, как всё будет в порядке. Сбежал, добрался, но…
Нет, МакЛауд был готов ему помочь, но как-то на свой лад. Говорил, что первым делом надо заиметь документы, что до сих пор ему везло, но далеко не каждый бессмертный готов помочь другому, велел заниматься спортом, а хуже всего – работать в приюте у мисс Кэрол и посторонним не показываться. При этом сам то и дело куда-нибудь смывался. Халед грустил и подумывал пробраться в лагерь к Ганиму, устроить налет, забрать свои документы, денег побольше, и тогда можно было что-то решать.
Он вскарабкался на недостроенную наблюдательную вышку и смотрел в сторону лагеря Ганима. Самого лагеря отсюда, впрочем, было не видно. И вот, качаясь вместе с конструкцией, он услышал Зов, поглядел вниз и увидел, что кто-то укрылся в тени акации и машет ему, предлагая спуститься.
Уверенный, что это МакЛауд, он быстро сбежал по лестнице и оказался лицом к лицу с совершенно незнакомым бессмертным. Высокий, с шапкой кудрей и пухлыми губами, но кожа была не черной, а только загорелой, и глаза довольно светлые. Он улыбался весело и сказал:
– Я не ошибаюсь, ты Халед? Сбежавший от милейшего доктора Ганима?
– Я Халед. А ты кто? – рассуждения МакЛауда о бессмертных-охотниках припомнились сразу.
– Я Луиш. Ганим жаловался на коварного парня, вот я и решил его, то есть тебя, поискать.
– Зачем?
– Да просто познакомиться, – широко улыбнулся Луиш. В руках у него никакого оружия не было. До загона с детенышем антилопы было метров сто, пробежать узенькую полоску буша и будешь среди людей.
– Я не собираюсь радовать Ганима встречей с тобой, – продолжал между тем Луиш. – Только зачем ты сказал ему что бессмертный?
– А что было делать, если он дважды приказывал меня убить, и ему докладывали, что я мертв.
– Да что ты? Наш добрейший археолог приказывал тебя убить?
Халед почувствовал недоверие собеседника и коротко рассказал о своих взаимоотношениях с Ганимом, тесных и бурных.
– Ай-ай! А я-то думал – ученый.
– Ну, ученый, но деньги отобрать умеет.
– Тогда не скажешь ли мне, что он тут раскапывает, на что рассчитывает?
– Какие-то драгоценности.
– Какие? И – ты сам так думаешь или слышал, что он говорил.
Халед сдвинул брови, чтобы это выглядело, что он размышляет над вопросом, а на самом деле приглядывался к Луишу. Тот продолжал улыбаться. Минут десять они разговаривают или дольше?
– Он говорил своим, ну то есть, кто с ним приехал, что они здесь найдут какие-то ценности. Он называл их артефакты.
– Что-то древнее? – уточнил Луиш.
– Наверное, раз копать надо.
– А ты сам не хочешь их получить?
– Да неплохо бы, но, боюсь, Ганим не поделится.
– Поэтому я тебя и разыскивал. Двое бессмертных – это сила. Мы посмотрим, что там припрятано, если что-то полезное, а тем более ценное, то заберем и поделим.

* * *
Доктор Ганим сообщил Гюнтеру, что на некоторое время не будет нуждаться в услугах вертолетчика, но если что, то по первому вызову… Гюнтер возражать не мог – такой пункт в контракте был – МакЛауду пожаловался, что опять оказался хитрый заказчик, и стал искать работу, чтобы недалеко.
Команда Ганима начала раскопки километрах в пятидесяти от звериного приюта, МакЛауд размышлял, как бы хитрым арабам глаза не мозолить, а об их делах знать, и решил, что проще всего, если о событиях на раскопках его будет информировать кто-нибудь из местных жителей. Попробовал посоветоваться с Кэрол. Выслушав просьбу Дункана, женщина спросила:
– А эти арабы, они действительно археологией занимаются?
– Вроде да. Во всяком случае, Ганим – доктор именно исторических наук.
– И зачем тебе информация о его находках? Да, ты сказал, что тебе любопытно – причина конечно важная, но не настолько, чтобы в шпионов играть.
– Видишь ли, – МакЛауд проникновенно поглядел на женщину, – Ганим историк, но еще и немаленький начальник в своей стране. И вдруг всё бросает, едет сюда, хотя важные открытия у него на родине чуть ли не под каждым десятым холмом сделать можно. Вот мне и интересно.
– Перечитал «Копи царя Соломона». Бывает. А насчет местных рабочих… – Она оценивающе поглядела на Дункана, явно колеблясь, но он улыбался столь располагающе, что женщина усмехнулась в ответ: – Ты, похоже, не знаешь, что все землекопы у Ганима не местные?
– Как так?
– Ну, сначала местные подрабатывали носильщиками, ну это так называется. Рассчитывали и землекопами поработать, но приехали чужаки и велели здешним убираться. Люди недовольны, конечно, но возразить не могут.
– Почему?
– В общем, появился в здешних краях некто, приехал откуда-то с севера, с группой преданных ему людей. Так что местные без работы, без денег…
Она достала простенький мобильник и вызвала своего помощника М’Боу. Это был высокий, худой негр с приметным шрамом на лице, недавно вернувшийся в свою деревню из Йоханнесбурга, про который, если спрашивали, то плевался. Он пришел быстро и, судя по Зову, за ним следовал и Халед, но заходить в небольшой офис не стал. Кэрол попросила М’Боу быть откровенным с МакЛаудом, а сама ушла.
М’Боу иронически кривил губы, но похоже, был рад поговорить. С его слов, человек, которого велено звать Вождь, приехал с севера, где его вовсе звали Пуиш, кожа у него светлая, волосы курчавые, а колдунья говорит, что из него можно бы полезное снадобье сделать. Но вся деревня знает, что трогать его нельзя. И да, все, кто копает для арабов, приведены Вождем, но один мальчишка есть из деревни, бегает за всякой мелочью до станции, в деревню к матери тоже заглядывает. Будет что важное, другу госпожи Кэрол скажут.
Дункан душевно поблагодарил за обещание и стал обдумывать, как бы все-таки устроиться поближе к раскопкам.
– Да просто, – сообщил ему Халед.
– И как?
– Ты даешь мне бинокль, хороший запас еды и мобильник. Я прячусь на холмах и как только увижу, что они что-то нашли, сразу звоню, и ты прилетаешь
– Надоело со зверушками возиться? – усмехнулся Горец. Халед даже не стал возражать. – Учти, этот Луиш, скорее всего, бессмертный и избытком уважения к чужим жизням и свободе не обременен
– Ты его знаешь? – спросил молодой человек.
– Лично не встречались, а слышать приходилось. Кстати, а тебе документы сделали.
– Как? – изумился Халед.
– Ну, ты же писал заявление в консульство. Держи…
И МакЛауд спокойно достал из кармана книжечку с гербом на обложке.

URL
2016-01-19 в 17:17 

* * *
Память бессмертного приспособлена хранить много. Но это не значит, что всё помнится одинаково. Вещи, важные для выживания, яркие воспоминания лежат близко. Информация о рядовых событиях – подальше. Тем более, когда, как у него, этих событий было очень много. Но есть эпизоды или детали, которые когда-то увидел краем глаза и тут же забыл, и никогда не вспоминал – когда-нибудь они тоже могут всплыть из глубин памяти, а может из слоев ноосферы. Или не могут, но тогда ты об этом и не узнаешь.
Он всё-таки вспомнил тот храм, развалины которого искал падре Иероним. Сам он в нем не бывал, когда-то про него, на предмет пограбить, рассуждал Кронос, но Каспиан заявил, что грабить там нечего, если только еды набрать в садах перед храмом, занимавшем несколько пещер в скале. Впоследствии, оказавшись в тех местах уже в римские времена, он увидел совсем изменившиеся скалы. Может быть – землетрясение, хотя недалеко располагавшиеся гробницы Петры сохранились, так что может и не землетрясение.
Судя по одной из просмотренных рукописей, предки Ганима были из Гарамы, а Нофри там жил и долго. Преемственность на полтора тысячелетия? М-да.
Но кроме важных размышлений были и текущие дела, и переписка. С Маком он договорился списываться через сайт цветоводов и облекать информацию в форму рассказов. Сейчас сообщение про хитрого парня Халеда под пальцами Старейшего превратились в рассказ в стиле японских преданий о голодных духах. Улыбаясь и иногда посмеиваясь вслух, Митос написал несколько страниц.
* * *
Первый полностью самостоятельный полет произошел у МакЛауда в связи с неприятностью. Ну как молодой актер выходит на сцену из-за болезни звезды. В данном случае – Гюнтер сломал ногу, и пришлось везти его до больницы, в которой ему наложили гипс, но оставаться он там отказался (МакЛауд был с ним согласен), и они полетели в приют. Кэрол на месте не оказалось, она уехала в Йоханнесбург на совещание по поводу отношения к тем идиотам, что требовали уничтожить по всей Африке всю дикую фауну.
Оставшийся за нее М’Боу передал МакЛауду пакет, в котором оказался мобильник, из тех, которыми пользовались на территории приюта, и записка от Халеда. Парень писал на смеси французского с английским: «На этот телефон Луиш пришлет сообщение, когда Ганим что-то найдет. Деньги верну.»
– А где Халед? – в полном недоумении спросил Горец.
– Уехал вместе с леди.
Мак проверил – на мобильнике было несколько звонков с неизвестного телефона и СМСка с него же: «Приезжай срочно». Горец тяжко вздохнул и взялся решать проблемы по мере их важности. Во-первых, помог Гюнтеру устроиться как можно удобнее. Во-вторых, созвонился с Кэрол и узнал, что вернуться хотела дня через четыре, но постарается поскорее.
– А Халед с тобой?
– Халед? Он сказал, что-то чрезвычайное случилось – он должен улететь. Не знаю, где он.
Итак, Халед смылся тайком, про знакомство с Луишем ни слова не говорил. Не исключено, что к этому моменту голову уже потерял.
Следует ли рискнуть и поинтересоваться делами у доктора Ганима? Он представил толпу «кладоискателей», бог знает, что там творится, и проскользнуть в темноте из-за Луиша не получится. Но глупо находиться рядом и не влезть в историю. Но Митос будет ему за это должен.
Все обдумав, Горец подготовил автомобиль, предупредил Гюнтера и М΄Боу. Гюнтер обещал смирно лежать до возвращения Кэрол, а М΄Боу пошел за МакЛаудом и потребовал, чтобы тот взял его племянника, Дэви. Доводы были насчет дорог, и что в одиночку пропасть легче, чем вдвоем. Мак нахмурил брови, но, выдержав паузу, согласился. На самом деле он был рад.
Доехав где дорогой, где просто через пустошь на расстояние, с которого звук мотора могли услышать, они спрятали машину в кустарнике и пошли пешком. К лагерю подозрительных археологов они подходили не со стороны дороги, а через холмы, в одном из которых профессор Ганим и обнаружил что-то.

* * *
Здание, которое бессмертные выбрали себе в качестве резиденции, было когда-то офисом и гостиницей, шахты от него размещались километрах в двух, и там находилась небольшая перерабатывающая фабрика или лаборатория, которая звалась теперь «научным центром Луиша». Карл, которому хватало дел в основном корпусе и в корале, просил заняться «научным центром» Мадиш.
Там работали двое биологов, производивших впечатление добросовестных специалистов, и Бессмертная пообещала им не мешать указаниями и помогать, если чего будет не хватать. Не хватало им больше всего работников, те несколько человек из кораля, что числились лаборантами, мало что умели. Мадиш предложила сделать курсы.
Бумаги и компьютеры Луиша были надежно спрятаны, но она надеялась, что из разговоров ученых что-нибудь поймет.
Бродя по зданию, она обнаружила, что кроме основного – с закрытыми воротами – входа в шахты, есть и штрек, выходящий непосредственно в подвал здание. Конечно ход был закрыт решеткой с солидной задвижкой, имеющей встроенный в нее электронный замок. Однако на пыли, покрывавшей пол, виднелась протоптанная кем-то тропинка.
Увы, ее знаний электроники на этот замок не хватило, зато ключ от ворот основного хода им Луиш оставил, и план шахт нашелся легко. Скоро она предприняла экскурсию и, довольно быстро обнаружила штрек, ведущий к зданию. Туннель был перекрыт деревянным щитом, который не составило труда слегка отодвинуть. Она пролезла в щель и тут почувствовала слабый Зов.
Отправляясь исследовать, Мадиш ожидала обнаружить какое-нибудь хранилище, но похоже тут была тюрьма. По телу пробежала дрожь. Она достала пистолет и подсвечивая себе фонариком, пошла на Зов. Скоро она стояла перед дверью с замком и глазком. Бессмертный был за ней. Пока она размышляла, что делать, из «камеры» донеслась ругань. Мужской голос поминал Луиша и Кваме, заставивших его умирать от голода.
– Ты кто? – прервала его Мадиш. – Кваме и Луиш уехали.
Узник стал ругаться с новой силой, и Мадиш его узнала: это был Пьер, по словам Кваме уехавший по делам вместе с Боско.
– Выпусти меня!
– А где Боско?
– Боско? Нет его. Я взял его голову.
«Ох, дурак, – подумала женщина, – Конечно, я тебя выпущу. Как же»
– Это ты, Мадиш? Выпусти меня!
– Кто тебя сюда посадил, Кваме или Луиш?
– Кваме. А Луиш приносил объедки. Выпусти меня.
– Здесь замок, а ключа у меня нет. Думаю, он увез ключ с собой, – скорее всего ключ валяется в сейфе, но это не важно. – Зачем ты убил Боско?
– Как зачем? Я Бессмертный, он тоже, я взял его голову.
– А Мирандель? Она где?
– Не, ее раньше Кваме отослал. Я есть хочу!
Мадиш некоторое время колебалась, глядя на тонкую трубу, скорее всего водопроводную, и провод – то и то уходило в камеру, так что жажда ему не грозила. Всё-таки достав пачку взятых с собой галет, сняла обертку и высыпала тонкие прямоугольнички в «кормушку».
Без приключений Бессмертная выбралась наружу, закрыла ворота, почистилась и умылась и пошла обратно, сердито размышляя, что секрет раскрыт, а проблем и вопросов прибавилось. И первый – знает ли про то, что произошло, Карл, или не ей одной соврали.
М-да, благородные строители цивилизации…

URL
2016-01-19 в 17:18 

* * *
– В общем, мы с этим парнем, местность он действительно хорошо знал, прошли между холмами какой-то тропкой и оказались прямо у входа в пещеру. Лагерь был от него метрах в четырехстах, там горели фонари, народ бегал – у самой пещеры не было никого. Мы вошли, шахту, которую они откопали, нашли почти сразу. Круглая в сечении, наклонная, с выступами в стенах. К тому же археологи оставили в ней веревку. Мы спустились, внизу оказалось несколько залов, один за другим. Я вошел, стал осматриваться, тут меня окликнул мой проводник: парню стало плохо, он взмок, его била дрожь, и он никак не мог в эти пещеры войти. Потом я узнал, что то же самое было со всеми смертными: Луиш в пещеру вошел, смертные не смогли.
– И дальше? – спросил Митос, и взгляд его был острым, как блеск лезвия, когда ночью на него падает свет – луны или пожарища.
– Дальше… Эти залы явно природные, но видно, что где-то подтесывали свод, чтобы сделать проход удобней, где-то выравнивали пол, но главное – в нескольких местах находятся выполненные из камня кресла с высокими спинками. Я попросил парня посидеть у шахты, а сам пробежался по залам и сел в одно из кресел…
– И? – поощрительно улыбнулся Митос.
– Ну, я увидел картину у себя в голове – что-то космическое: какие-то глыбы на черном фоне со звездами. Глыбы летели в одну сторону, две столкнулись.
– Это было как сон? – уточнил Старейший.
– Нет. Вся картинка, а я сидел там не меньше пятнадцати минут, развивалась логично, а не как во сне. Нет, это был не сон, одновременно я продолжал видеть окружающее.
– Ты сидел с включенным фонарем?
– Фонарь я оставил парню, чтобы ему было не так страшно. Зажег свечку, но потом обнаружил, что в стенах есть небольшие фрагменты, которые слегка светятся. Ну, я не геолог.
– Ты сидел только на одном месте?
– Да. Я опасался, что парень не выдержит, убежит, попадется, ну и так далее. Там рядом еще два зала, поменьше, они мне показались пустыми, но сам понимаешь – свеча и отсутствие времени.
Подошедшая официантка поинтересовалась, не хотят ли они чего еще. МакЛауд заказал бутылку вина.
Они сидели в небольшом ресторане, располагавшемся, как это нередко в Венеции, на крыше здания. Так сложилось, что в легендарном городе МакЛауд почти не бывал, и когда Митос предложил встретиться где-нибудь в Италии, Горец выбрал ее.
– Итак?
– Что? – удивился Митос.
– Не прикидывайся, расскажи, что это за пещеры, троны и прочее.
Старейший попытался выглядеть наивно-невинно, едва ресницами не захлопал, но видя, что это не пройдет, усмехнулся иронически.
– Мак, я знаю очень мало, практически ничего.
– И ради этого «ничего» ты носился из одного конца мира в другой? Рассказывай!
Мак разлил вино. Пригубив, поставил бокал обратно на стол, дожидаясь, пока Митос заговорит. Тот взял бокал, но не пил, смотрел то на Горца, то на поверхность напитка. Наконец усмехнулся своей скользящей улыбкой, отпил вино и сказал:
– Если настаиваешь. Но учти, узнал я крохи и те неуверенно, поэтому будем говорить предположительно. Допустим, что когда-то, очень давно существовала какая-то цивилизация, может даже и не человеческая…
– Рептилоидов или разумных спрутов? – подсказал Мак язвительно. Митос посмотрел на него сочувственно и продолжил:
– И может быть, бессмертные были их проектом. А может и люди вообще.
МакЛауд постарался улыбнуться.
– Предположим, что отдельные их представители дожили до времен Египта, Аккада и всех прочих. А может, дожили их ученики. Их техника, а может это надо называть как-то по-другому, работала еще долго, а что-то приходилось прятать, потому что оно становилось опасным. Например, саркофаг, увезенный из Египта как можно дальше, явно не предполагался к использованию. Те пещеры…
– Погоди.
МакЛауд, очень внимательно поглядел на Старейшего, понял, что тот не шутит, не разыгрывает, но все-таки спросил:
– Ты это всерьез?
– Митос кивнул.
Наступила пауза, которую попытался прервать официант, но поглядел на лица и отошел к другому столику.
– Это только предположения, – нахмурился шотландец.
– Да.
– Ну-у-у. Тогда об этом сейчас не будем, но те пещеры надо обследовать всерьез.
– Ну, может, господин Луиш этим и займется.
– Надеюсь, что нет. Доктор Ганим рассчитывал найти там сокровища.
Они рассмеялись. Оба, одновременно и невесело.
– Кэрол и Гюнтер пока остаются там, я им напишу, спрошу, что происходит. Может, Луиш всё забросит, и можно будет со временем организовать научную экспедицию.
Митос пожал плечами:
– Это было бы самое правильное.
– И у меня есть кандидат в научные руководители! – заявил энергично Дункан, понимая одновременно, что пытается защититься от теории, вываленной на него Старейшим. И несколько неожиданно для себя самого спросил:
– А ты Джо рассказывал?
– О чем?
– Ну, что, может быть, бессмертных сотворили какие-то… – он покрутил в воздухе раскрытой ладонью.
– Нет, зачем? – и помолчав, спросил: – Как погиб Ганим?
– Откуда знаешь? – удивился Горец.
– Из некролога в археологическом журнале. Подробностей не было.
– Не знаю. Скорее всего, затоптали в суматохе, но труп подкинули к приюту Кэрол, полиция дело замяла, но мне посоветовали уехать поскорее. Но выходит, Луиш знал, что в зал с тронами может войти только бессмертный? Для этого и Халеда хотел привлечь?
– Понятия не имею, – хмыкнул Митос. – Может, думал, при вскрытии саркофага погиб Нофри, ну и неплохо иметь Бессмертного рядом с собой на всякий случай. Не на того напал.
Дальше они молча пили красное вино, глядели на соседнее палаццо.
– А ты бывал здесь, – вдруг спросил Мак, – когда еще Венеции не было?
Митос немного повспоминал, потом усмехнулся.
– Нет, здесь болота сплошные были – что тут делать. Мимо как-то проезжал, но далековато. Я собираюсь в Рим…
– А я в Лондон с заездом в Париж, а потом… Нет, не буду загадывать.
Двое молодо выглядящих мужчин улыбнулись друг другу и синему, в этот день, небу над городом, Дункан оставил деньги на столе, и они пошли вниз по скрипучей, хоть и недавно чиненой, лестнице старого палаццо.

URL
   

steppe-wind

главная