17:42 

Шаги по стене 2

* * *
– И всё-таки, какой у вас план? – спросила Мадиш.
Кваме улыбнулся, но девушка осталась серьезной.
– Она и к тебе так пристает? – Кваме обратился к Робинсону. Тот лишь усмехнулся, сказал лениво:
– Отвечай.
Они сидели втроем на галерее на ветерке.
– План… Это слово не подходит. Мы просто постараемся сосредоточить в своих руках достаточно богатства, а через него и власти, чтобы влиять на континент. Поддерживать всё интересное и новое, но в русле африканских традиций. Европа-лайт нам не нужна. Вероятно, у нас будут у каждого разные проекты, но мы будем согласовывать их. Брать на себя функцию политического руководства всем континентом мы не собираемся. Вот как-то так. Пока мы накапливаем идеи.
– Хорошо, тогда несколько вопросов, – Мадиш оставалась внимательной и сосредоточенной. – Образование?
– Прикладное.
– Эмиграция?
Ответ на этот вопрос она уже не услышала, потому что с лестницы, перепрыгивая через ступеньки, на веранду вбежал Луиш. Его лицо было таким злым, каким его вряд ли кто видел. За ним появился Венену.
– Что случилось? – обеспокоился Кваме.
Оба молчали, поглядывая на Мадиш.
– Да говорите уж!
Но пауза длилась и Мадиш поднялась:
– Ладно, мужчины, я погуляю… – и она спустилась с этажа, но далеко уходить не стала. На площадке второго этажа было пусто, и она немного задержалась. И услышала не всё, что говорилось наверху, но главное поняла: Грейс удалось сбежать. Разборки на тему, кто виноват, можно было пока пропустить.
Она вышла к не работавшему фонтану, присела в тени, но на виду, и спокойно размышляла, что делать дальше. Просьба выполнена и, наверно, даже с лихвой. Кажется, никто ничего про нее не знает, разве что Исса кому-нибудь проболталась, но вряд ли – девушка выглядела неглупой.
Во всяком случае, пока что без очень серьезной опасности она отсюда не уедет. Ей нравился Карл, и ей было интересно поглядеть на замышляемый исторический эксперимент.

* * *
– Видите, там растительность меняется – наверное, есть вода.
– Здесь нет воды, только грязь, – сказал Джонс.
МакЛауд посмотрел на него пристально. Джонс два предыдущих дня молчал, лицо серое, идет как робот. Вопросы о самочувствии не слышал. А сегодня появился румянец, но намекающий на лихорадку, а не здоровье, и разговаривать начал. Зато его жена умолкла, что было хорошо. Жара и усталость не давали ей говорить непрерывно, но старалась болтать, о чем попало – тоже, наверное, стресс.
Две другие женщины в их отряде это – та самая фарфоровая секретарша, китаянка Мэй – девушка идет, не ноет, но выглядит странно, а бедолага Сандра – у ней проблемы не с физическим, а с душевным состоянием. Сандра мулатка. В Америке ее бы считали негритянкой, в Африке сойдет за белую. А еще и служанка у китайцев. Сейчас девушка просто не знает, что ждет ее в будущем и боится.
Услышав неожиданный звук, Горец вскинул голову. Нет, ему не показалось – вертолеты, две штуки. Прятаться или не надо?
– Кто это? – воскликнула миссис Джонс.
Бао и Чжан переглядываются, Мэй и голову не поднимет.
– Ложитесь, – скомандовал Горец, прикидывая, что если заметили и намерены обстрелять, то могут в траве и не попасть. Вряд ли, даже если это какие-то враги, станут садиться.
Пока он размышлял, один из вертолетов снизился и завис поблизости. МакЛауд, к своему изумлению, почувствовал Зов. Он встал, вглядываясь в прилетевших. Вертолет остановил винты, а МакЛауд не смог оторвать взгляда от приближающейся знакомой фигуры. Митос… С ума сойти…
– Здравствуйте, мистер МакЛауд, – произнес Старейший, – сколько с вами?
– Здравствуйте. Кроме меня шестеро. Господа Бао, Чжан … Где Джонс?
– Я здесь, – донеслось от корявого деревца, единственного в окрестностях.
– Моему мужу плохо!
– Ничего, я сейчас.
– Э, простите, господин… – Горец намекал Старейшему, что надо бы представиться.
– Алваро, – Митос обернулся к своему спутнику, – помоги им сесть в вертушку, я сейчас.
Он улыбнулся МакЛауду, но склонился над Джонсом, быстро расспросил, что болит, задрал рубаху и расстегнул брюки на наконец обессилевшем Джонсе, пощупал, задумался.
– Мак, пожалуйста, дойди до вертолета, принеси мою аптечку и носилки.
– Что с моим супругом? Вы что, доктор?!
– Да, он доктор! – рявкнул неожиданно для себя Горец и побежал к вертолету.
Митос что-то ввел Джонсу, потом они положили его на носилки и осторожно подняли. Тут МакЛауд обнаружил, что Сандра всё еще не села в вертолет. На его вопрос, она ответила тоже вопросом:
– А мне можно?
– Нужно!
Джонс, буквально зеленый, был загружен, вертолет взлетел. Пилотировал немолодой азиат, рядом с ним сидел Алваро, а Митос в «салоне» объяснял пассажирам, что их искали и вот нашли, что сейчас их доставят в специальный лагерь для беженцев, где мистеру Джонсу окажут помощь, а все они вымоются, поедят и будут спать под крышей. МакЛауду не верилось.
Часа через полтора оба вертолета сели на площадке, сбоку от которой имелись ангары, Джонса, Мэй и женщину из второго вертолета забрали в автобус с красным крестом, а все остальные побрели по настоящей дороге, хоть и с потрескавшимся бетоном, к некоему сооружению, которое когда-то наверняка было чем-то военным.
Женщина, представившаяся здешним комендантом, занялась устройством новичков, а МакЛауда Митос повел к себе, первым делом указал ему на душ (душ! счастье!), на выходе его ждало полотенце и чистая одежда.
– Может у тебя и кондиционер есть? – спросил Горец блаженно.
– Нет, только холодильник, – ответил Старейший.

* * *
МакЛауд проснулся, некоторое время вспоминал, где он и что, вспомнил с трудом, приподнялся, огляделся.
За узким окном-бойницей, затянутым москитной сеткой, было светло. Он выбрался из кровати, представлявшей собой нейлоновую сетку, натянутую на металлическую раму, на небольшом столе с ящичками, инкрустированными перламутром, обнаружил записку: «Еда в холодильнике, я в медпункте. Камил».
Через полчаса в медпункт вошел и МакЛауд. Добираясь до ординаторской, он заглянул в палату, где под капельницей спал Джонс, а рядом с его постелью сидела незнакомая женщина. В соседнем небольшом зале были те, чье положение, вероятно, не считалось тяжелым. Здесь ему улыбнулась Мэй, они немного поболтали, и наконец, он увидел доктора Камилла.
Митос сказал медсестре, что они будут в башне, и потащил МакЛауда наверх, здесь действительно была башня, теперь полуразрушенная, но с тентом и продуваемая. Они глядели друг на друга, улыбались и молчали, Мак вдруг почувствовал, что может и слезу уронить, ему стало весело, и он спросил то, что интересовало его в последнюю очередь:
– А кто это у Джонса сидит?
– У Джонса? Жена. Прилетела сюда, чтобы не дай бог не пренебрегли поисками ее мужа.
Спрашивать про известную ему «жену Джонса» Мак не стал – свое дело он сделал, а уж как американец разберется с двумя женами – его дело.
– А что это вообще за место? И за организация?
– Что-то благотворительное – помощь беженцам или еще как-то. Если по-честному, то организовали это какие-то европейские малоизвестные, но богатые группы – слишком часто здесь пропадают нужные им люди. Ну и спецслужбы крутятся, – пожал плечами Старик.
– А ты зачем здесь оказался?
– Как зачем? – светло-карие глаза просто излучали веселье. – Тебя спасать.
– Я, конечно, благодарен…
– Неужели?
И они всё-таки засмеялись.
– Нет, правда. Врачебную практику можно найти и в более комфортных условиях.
– А помнишь рассказ Робинсона о Нофри?
Дункан подумал, кивнул.
– Он жил недалеко отсюда. И к тому моменту, когда Робинсон передавал от него привет, был мертв уже с полгода.
– А Грейс жива. Спасибо тебе за Мадиш – она очень помогла.
– Рассказывай подробно.

URL
   

steppe-wind

главная